По подоконнику капают капли дождя, а за окном тьма беспросветная.
Снова не сплю только я — бедная, глупая, и немножечко вредная.

Я Бога молю о том чтобы те, кто дорог мне ни в чём не нуждались.
Готова отнять у себя всё что есть, сведя желания в самую малость.

Какой во всём смысл если не помогать, хоть чем-то всем тем, кто со мной рядом.
Вернув даже малую часть, как должное им, а не в награду.

Наташа, мы всё проебали. Всё, Наташа. Реально всё. А Наташе просто припекает только непонятно от чего… То ли это простая зависть, то ли потому что упустила сама, то ли из-за неспособности порезать артерию и логофнуться. Что же бесит Наташу?

Просто внутри уже камень и лёд,
Вакуум вечный без капли тепла,
Никто не поверит и не поймёт,
Что я когда-то тёплой была.

Но что-то столкнуло с орбиты и вот,
Русский корабль, нам с тобой по пути?…
Никто не обнимет и не заберёт,
Холодную баку что в бездну летит.

И поздно жалеть что могла повернуть,
Усилия те могли разорвать.
Сколько отведено осталось лететь,
И дальше на дно себя запихать.

Туда где никто тебя не найдёт,
Чтобы обнять, отогреть и забрать.

Недавно у нас приняли закон,
Направлен против вражды и розни он.
Только вот в нём есть слово «иной».
И тут началось ай-ай-ай! ой-ой-ой!

Вы любите котиков или собачек?
Что круче КА-50 или Апаче?
Винда или линукс? Вопросов не счесть.
И в каждом из них разжигание есть.

И вот где нюанс, дамы и господа.
Неправильный выбор, и всё, вам pi3da.
Сидите и думайте вплоть до 12 лет,
Почему был не правильно дан ваш ответ.

Мораль:
Кто в позиции твёрдой стоит,
Любую вражду диалогом решит.
А чью аргумент любой пошатнёт,
Заткнуть остальным старается рот.

Попробуй улыбнуться для кого-то.
Думаешь, просто? Это сложная работа.
Улыбка искреннею должна быть,
Что бы тепло и радость приносить.

Что толку от твоих ужимок,
Если за душою пустота.
Во взгляде сквозит только холод,
А в мыслях вьюга, суета.

Попробуй улыбнуться для кого-то.
Попробуй скрасить чью-то грусть.
И может когда-нибудь, кто-то,
Решит тебе тепло вернуть.

Когда ты в нём больше всего нуждаясь,
«Спасибо!» — скажешь — «Милый друг.»
Две одинокие души соединяясь,
Сердца согреют соприкосновением тёплых рук.

Обнимашки. ヾ( ̄ー ̄(≧ω≦*)ゝ

Мы все зависим от чего-то,
Семья, друзья, дети, работа.
Когда свободу обретаем,
Дорогу между адом или раем.
Мы не вольны, и никогда не будем,
Рабы — до кончиков ногтей все люди.

Нужна причина чтобы жить. А нет её, и только выть, позволено, в лесу бетонном. Пока сердечко не замрёт, или от голода умрёт, или на костре сожжет народ, во имя всякой благой цели, слепцов, которые несут нам всем покой. А ты?… А ты хоть волком вой, ища причину чтобы жить в этом бездушном сером мире, в своей же собственной квартире, средь четырех стен заточившись самовольно. Не потому что хочется, а потому что больно…

Поставить всё на кон?
Один раз прогорело,
Но жить без ничего
Ужасно надоело…

Так что же делать мне,
Сыграть ва-банк,
И всё спустить не глядя?
Или сидеть как мышь,
Когда кошка в засаде.

Ведь ставкой может жизнь стать,
А выигрыш не очевиден.
Что делать мне?! О, боги, помогите…

Настало время стиснуть зубы.
Когда обрушат молот, не кричать.
И слёзы мне глаза заполонили,
Найти мне только силы прошептать…

Прости меня ты если сможешь.
Не изменить что предначертано судьбой.
И не неси цветы мне на могилу,
Мне лучше мёртвой быть, чем живой.

Чтоб заросла к могиле той дорога,
И не ходили те глупцы по ней,
Кто совершит грехи во имя Бога,
Не понимая слов моих.

Ты наносишь удар, улыбаюсь в ответ я кровавой улыбкой.
Понимая что дар — утонуть безвозвратно в пучине зыбкой,
Безвозвратно потерян, как и вся моя жизнь, улыбнись,
Я надеюсь ты счастлив подняв на копьё мою жизнь, а точнее,
Всё то что осталось. Испытаешь ли ты ко мне жалость?
Или жестко раздавишь как муху на осеннем пейзаже окна.
Тебе всё безразлично ждет меня сатана, или ангел на крыльях.
Я во власти твоей, плоть мою протыкает иглой стальной змей.
И последним осенним листом слетит с моих губ «Йей…»

Твой угосающий в глазах огонь,
Тускнеющая словно искра жизнь,
И явь похожая на боль,
Пронзительно крича летишь с обрыва вниз.

Покрывшийся коркой льда взгляд, и кровь,
Текущая с твоих прекрасных губ,
И отдающая последнее тепло в тот мир,
Который был с тобою так жесток и груб.

Теперь тебе нет места тут,
Где правит бал её высочество печаль,
Забыта всеми и закопан труп,
Нет, никому тебя не жаль.